Луис Зукофски. Стихотворение, начинающееся с Сей (перевод с английского, предисловие и примечания Яна Пробштейна)

В 1927 г. 23-летний Луис Зукофски послал «Стихотворение, начинающееся с "Сей"» [1] (или маленькую поэму) Эзре Паунду, который опубликовал его в журнале «The Exile» № 3 весной 1928 года, а после настоял на том, чтобы Зукофски составил выпуск журнала «Поэзия» (Poetry) 1931 года, где Зукофски опубликовал свой манифест «Искренность и объективация» («Sincerity and Objectification», что по смыслу следует перевести как «Искренность и овеществление»), в которой Зукофски представил Паунда и У.К. Уильямса как предтеч и повторил некоторые положения из манифеста имажистов 1912 года: в частности, он подчеркивал необходимость «непосредственно изображать предмет» («direct treatment of things»).

В своем программном эссе «Объективисты» (1931), опубликованном в февральском номере журнала «Поэзия» (Poetry) за 1931 г., где он же, как редактор номера, представил подборки поэтов, отвечающих, по его мнению, критериям объективистской поэзии и указав среди предтеч У.К. Уильямса, Марианну Мур, Эзру Паунда, Э.Э. Каммингса, Т.С. Элиота с его «Бесплодной землей», Уоллеса Стивенса, и, как продолжение традиций, помимо стихов Уильямса и своих, представил произведения Чарльза Резникоффа, Кеннета Рексрота, Карла Ракоши, Джорджа Оппена, Бэзила Бантинга, Теодора Хехта, Нормана Маклеода, Роберта Макальмона, Джойс Хопкинс и др., включая переводы Эммануэля Карневали из Артюра Рембо. Во втором эссе, озаглавленном «Искренность и объективация», посвященном, в основном, творчеству Чарльза Резникоффа, Зукофски выделяет такие черты поэзии Резникоффа как «четкость образа и тональности слова» и отказ от «символистского полу-аллегорического мерцанья», ставит ему в заслугу то, что Резникофф уже в 1918 году был убежден, что «сюрреализм в 1928 году не будет чем-то существенно новаторским и что ему, по крайней мере за десять лет до этого, не стоило этим заниматься» [2]. Для тома статей «Предлоги» (Prepositions, 1967), Зукофски значительно переделал эти статьи, объединив их в одну под названием «An Objective» (используя полисемию, он одновременно включил в название значения «цель», «мишень», «объект» и «объектив» [3]). В отредактированную статью Зукофски включил: 1) Программу Объективистов 1931 г. [“Program: ‘Objectivists’ 1931,” Poetry 37.5 (Feb. 1931)]; 2) статью «Искренность и объективация» из того же номера журнала «Поэзия (значительно сократив ее, в частности, в отношении творчества Чарльза Резникоффа); 3) Предисловие к «Антологии объективистов» 1932 г. Основной упор в последней статье Зукофски сделал на «Объектив/Объект», отсылая как к оптике, так и к объекту как цели изображения: «Линзы отражают лучи от объекта в фокусе, – начинает позднюю статью Зукофски, распространяя это определение цели или мишени на поэзию, – Воля к объективному совершенству, неизбежное направление исторических и современных частностей» [4]. Во второй части Зукофски пишет об овеществлении или объективации формы вещей, считая, что «откровенность делает формы вещей спутниками словесных сочетаний, предвестниками <...> готового звука или структуры, мелодии или художественной формы» [курсив мой – пер.] [5]. Затем, говоря о реализации, то есть об овеществлении, Зукофски задается вопросом о том, не следует ли «вернуть отдельному слову его цельность, ведь оно само по себе – отношение, свернутая метафора, организация, гармония или диссонанс?» [6], что едва ли не созвучно девизу Хлебникова «слово как таковое».  

Однако слово для Зукофски – лишь одна сторона поэзии. Другая – музыка, мелодия и – молчание, тишина, пауза, цезура. Сам он поясняет в третьей части упомянутой статьи, что он понимает под объективацией, или объективом, приводя в пример отрывок из А-6, где он пишет о музыке «Страстей по Матфею» Баха, Пятой симфонии Бетховена, и «Волшебной флейты» Моцарта, а также о своем любимце – Спинозе, цитируя «Natura Naturans [Природа как творец] Natura Naturata [природа сотворенная]». Говоря о «Волшебной флейте», он пишет:

 

      Но мы знаем от него, что в разрешении мелодии

                                                                             нет монотонности 

      Но когда мы срываем маргаритки –

      Мелодия! Остальное – аксессуары:

      Один мой голос. Другой мой голос 

      Объектив – лучи объекта собраны в фокус,

      Объектив  природа как творец – стремление

                   К тому что объективно совершенно в

      Неразрывных исторических и современных особенностях.

   Далее автор поясняет: И.С. Бах  особенность,

   Его «Страсти по Матфею»  особенность.

 

В дальнейшем Зукофски упрекает современную ему критику в стремлении уйти от поэзии как таковой в сторону интерпретации смысла. Для Зукофски стихотворение это, во-первых, объект, объединяющий факт, наблюдение, природу и музыку; во-вторых, «контекст, согласующийся с миром вовне», а в-третьих «объект в процессе» [7]. Стихотворение и в целом поэзия – не результат, а процесс, что сродни пониманию поэзии Уитменом.

Примечательно, что Луис Зукофски, родившийся в 1904 году на нижнем Ист-сайде в Нью-Йорке, в семье эмигрантов из царской России (точнее, из Литвы – отец Пинхос приехал в Америку в 1898 году, а его жена Хана с детьми – позже, в 1903-м), говоривших на идише и так до конца жизни не овладевших английским, поступил в шестнадцатилетнем возрасте в Колумбийский университет, и уже в двадцать лет стал магистром искусств. Причем, как пишет Чарльз Бернстин в предисловии к составленной им книге избранных стихотворений Зукофски, степень бакалавра поэт не получил, так как не сдал норм по физкультуре [8]. Среди его преподавателей были Марк ван Дорен, Лионель Триллинг, Джон Эрскин, Джон Дьюи. Еврей, окончивший одну из лучших государственных школ – Стайвесант, где уже с пятнадцати лет публиковал стихи в школьном журнале, он сумел поступить в университет Лиги Плюща благодаря тому, что после Первой Мировой войны наступило время некоторой либерализации. Магистерская диссертация Луиса Зукофски была посвящена Генри Адамсу, а со студенческих лет он увлекся марксизмом, но в коммунистическую партию не вступал. Помимо объективации, теории, которую Зукофски разрабатывал и в дальнейшем, его поэзия, как он сам писал в «А-12», стремилась к сочетанию «нижнего уровня речи [то есть, низкого штиля – пер.] с высшим уровнем музыки» («Lower limit Speech / Upper limit music»). Как замечает Бернстин, часто в стихотворениях Зукофски нет повествователя, говорящего (speaker), его стихи – «то, что они есть, вещи в мире, сделанные вручную» [9]. Название одного из его стихотворений «I’s» (рифмуется с «eyes»), это его ныне классическая формула того, как «Я» становится «любым другим» (an other), что обыгрывается и на словесно-звуковом уровне: «The I in the eye, and the eye in I (aye, aye; они есть в the ayes)» [10].

Роберт Крили обращает внимание на другое определение, которое Зукофски дал в предисловии к книге Крили «Тест поэзии» (1948): «Тест поэзии – это диапазон удовольствия, даруемый ей как видение [то есть, изображение, sight – пер.], звук и мышление [интеллект; англ. "intellection" – пер.]. Это – цель искусства». «К этому, – пишет Крили, – можно добавить еще цитату из его важнейшего эссе "Поэзия, / Для моего сына, когда он научится читать", написанного в 1946 г. и опубликованного в книге "Предлоги"» (1967): «Как много из того, что озвучено словами имеет отношение к тому, что увидено ими – и как много из того, что одновременно озвучено и увидено ими, включает их взаимодействие, что естественно выведет научное определение поэзии, которое мы ищем. Чтобы выдержать это испытание, поэзия должна будет объединить все функции: время и то, что увидено во времени (как схвачено песней), и действие, слова которого являются действующими лицами или, если хочешь, мимами, сочиняющими шаги, как в танце, который в надлежащий момент призывает голосовые связки, чтобы преобразовать это в речь» [11].

Начиная с 1928 года и по 1974 год Луис Зукофски писал свой эпос сродни «Кантос» Паунда (хотя он утверждал в письме к Паунду от 12 декабря 1930 г., что когда начал писать свою вещь [то есть «А» – пер.], он читал только те «Кантос», которые были опубликованы в книгах «Люстра» и Кантос №4, №5 и №6 в «Стихотворениях 1918-21»). Само название «А» подчеркивает как неопределенность (в отличие от определенного артикля «The», давшего название более раннему стихотворению), так и высшее качество (как в кофе класса «А»). При этом в «А» Зукофски более 800 страниц, причем последняя часть «А-24» – это музыкально-драматическое произведение в пяти частях, написанное в жанре «Маски», положенное на музыку клавесинных произведений Генделя и опубликованное как партитура (благо и жена Целия и сын Пол, выдающийся скрипач и дирижер, преданный авангарду и друживший с Джоном Кейджем, были музыкантами). «А-24» включает в себя музыку («Пьесы для клавесина» Генделя), а остальные четыре голоса, это мысль, драма, рассказ и стихотворение. Сквозными темами и отправной точкой «А» являются «Страсти по Матфею» Баха и марксистская теория, а также мысли Баруха Спинозы и поэзия Соломона Блумгардена (1872-1927), взявшего псевдоним Йехоаш, писавшего на идиш и известного своими переводами Торы на идиш, а также переложений с арабского, японского, китайского, английского и других языков. Его стихи перевел на английский и опубликовал шестнадцатилетний Зукофски, будучи первокурсником Колумбийского университета. Чарльз Бернстин считает, что центром ранних «А» является «А-9» – как бы перевод на бруклинский американский знаменитой канцоны «Donna Mi Prega» Гвидо Кавальканти (которую, как известно, трижды переводил Эзра Паунд, в третий раз представив имитацию в «Канто 36», а также использовавший эту канцону во втором акте своей оперы «Кавальканти»). Надо заметить, что «А-9» – не столько перевод канцоны Кавальканти, сколько наполнение известной формы (причем Зукофвски, как правило, использует одиннадцатисложник в сонетной 14-строчной строфе с весьма изощренными рифмами, включая внутренние) той тематикой, которая волновала Зукофски: размышлениями о справедливом распределении, прибавочной стоимости, эксплуатации и, да, – любви, которая берет слово в коде или «посылке» («торнате»):

 

   Любовь: «В руинах городов нет места для деяний,

   Вне времени подчас Элизий милый, но сегодня

   Любви наследник, плачь, рифмуя, как вниманье

   Уводит песни принужденье – родня есть ровня,

   Иначе как любви приблизить расстоянье.

 

«Стихотворение, начинающееся с Сей» предваряют примечания автора, которые, как и все стихотворение, являются ироничным ответом на «Бесплодную землю» Элиота (указываются строки поэмы).


Потому что у меня не было возможности запомнить, процитировать, перефразировать, я посвящаю это стихотворение ВСЕМ и ВСЯ, которых я непростительно забыл. А также И.С. Баху – 309, «Церковной истории» Беды Достопочтенного – 248, 291, Максу Бирбому – 245, Бетховенской «Девятой симфонии» – 310-312, Бродвею – 134, Джеффри Чосеру – 1 Часть, заглавие, Университетскому приветствию – 45, «Пяти» Э.Э. Каммингса – 38, Данте – 66, «Южному ветру» Нормана Дугласа – 14, Илье Пророку – 24, «Бесплодной земле» и «Священному лесу» Т.С. Элиота – 25-27, Джону Эрскину – 184, 185, Генриху Гейне – 266, 267, 269, 316, Роберту Геррику – 187, 188, Горацию – 141, Лошадям – 244-237, «Опавшим листьям» Олдоса Хаксли – 12, 18, Генри Джеймсу – 2 часть, заглавие, еврейской народной песне – 191, 270-280, Джеймсу Джойсу – 13, 20, 28, 29; Д.Г. Лоуренсу – 8, 19, 133, «Эдуарду II» Кристофера Марло – 46,47, Современной рекламе – 163, Джорджу Муру – 24, Марианне Мур – 22, Муссолини – 74, 75, Мне Самому – 130, 142, 167, 309, Очевидному – там где Ссылка Очевидна, «Ренессансу» Уолтера Пейтера – 165, «Пер Гюнту» – 281-286, «Елене» Э. По – 168-182, Популярной нерелигиозной песне – 4, 5, 36, 37, 288, 289, Эзре Паунду – 15, 18, Мощи Прошлого, Настоящего и Будущего – Там, где отсылка с слову «Солнце», «Детям ночи» Э.А. Робинсона – 132, Софоклу – 6, Освальду Шпенглеру – 132, Максу Штирнеру – 199-202, Символу нашего Относительно Наиболее Постоянного «Я» Происхождению и Судьбе – там, где есть ссылка к слову «Мама», Библии – 1-3, 9, 313, 314, Большевикам – 203, 323, Французскому языку – 31, 33, 51, 292, Королевскому английскому – 166, «Венецианскому купцу» – 250-265, Желтой Угрозе – 241-242, Дополнительным Курсам Университета – 70, Вийону – 21, Францу Верфелю – 68, «Миссис Дэллоуэй» Вирджинии Вульф – 52, Йехоашу – 110-129, 205-223, 318-330.

 

Первая часть: «И из древних книг с прилежаньем» [12]

 

1. Сей

2. Глас Иисуса Я. Несется с пеньем

3.                                    в пустыне.

4. Лучший друг мальчика – его мать,

5. Она – твоя мать всегда.

6. Остатки Эдиполицых развалин,

7. Созидающих из мертвых, –

8. Из свечных огней душ мертвых матерей

9. Vide [13] легенду о том как отрок Христос выставляет ее

                     из храма, [14] –

10. Книги из каменного сердца, языки огня барабанят по

                     камню,

11. Останки людей, отправившихся в добровольное изгнанье

12. У Тирренского моря [15].

13.                                Париж.

14. Но везде лишь Южный Ветер, сирокко [16]

                     разбитый лик Земли.

15. Разбитый лик Земли, век требует образ

      жизни его и контакты [17]

16. Господь, господь, не то чтобы мы молились, уверенные

                     в вопросе,

17. Но почему лучшие из нас всегда погибают?

18. И почему, Господь, на этот раз это Луини в фарфоре из

      «Моберли» [18], почему это Челифер [19]

19. Почему это Ловат, убивший Кенгуру [20],

20. Почему Стивен Дедал с ясеневой тростью (из пепла) [21],

21. Но почему les neiges [22]

22. И почему, если все Наблюдения Мэри [23] осуществлены,

23. Почему агнцы не насытились, выпив воды из источника;

24. Хорив давно пересох, и вороны, приносившие хлеб пророку [24],

25. Стали пылью в бесплодной земле в воронокрылый вечер [25].

26. И почему, если бесплодную землю исследовали, исходили, описали,

27. Остались лишь безгневные скелеты, эксгумированные заново, посеянные в ее священном лесу [26],

28. Почему – наследник, давно умерший – Одиссей, скитавшийся десять лет,

29. Кого превзошел только наш Стивен, попивая день-деньской,

30. О что он Гекубе, что ему Гекуба! [27]

 

31. Вы па-ме-шались на теме младенцев, – говорит она,

32. Возможно, это потому в какой-то мере, что нашим авторам дана женская интуиция.

33. Il a un peu trop de femme [28] в этом Южном ветре.

34. И по булыжникам – бум, бум, бум, я сам [29] как колеса –

35. Трамвай проезжает распевая

36. О принимаешь ли жизнь заоконную как жену законную,

37.                       Принимаю!

38. О Время сейчас 5 [30]

39.                       Принимаю!

40. О Время сейчас 5

41.                       Принимаю!

42. О можешь ли этих друзей принять и возлюбить как в жены взять,

43. О Время сейчас 5

44. Принимаю!

 

45. Ибо эти ху-ду, какие-то ву-ду [31]

 

46. Не только у владык любимцы были

47. Мудрец Сократ, – что говорит Марло? [32]

48. Ибо меня самого казалось держали

49. Избивая – избивая –

50. Тело дрожало как над hors d’oeuvres [33] –

51.       

52. И мечта кончается – Дэллоуэй! Дэллоуэй [34] –

53. Слепые порталы открываются, и я просыпаюсь!

54. Оставьте меня в покое.

55. Не искусством мы жили.

56. Не кумирами, запрещенными нам [35],

57. Не письмами, я полагаю,

58. Осмелимся ли сказать,

59. Со Спинозой шлифующим линзы, Раббаиси [36],

60. Прожив на Кафедральном Парквее [37].

 

Вторая часть: Международный эпизод

 

61. Это впоследствии,

62. Когда Питер Отбывший и я обсуждали театр.

63. Вечера, наши моционы.

64. Мы оба чиркаем спичками, оба в унисон,

65.             чтобы раскурить одну трубку, мою.

66. 'То любовь, 'то любовь, что заставляет мир

    вращаться и любовь – то, о чем я мечтаю.

67. Питер вежлив и я к себе почти так же

               вежлив, как Питер.

68. Как-то в Германии козлиная еврейская песня [38]

               не убедительна –

69.            Как мозг формирует виденья ду-

                              мая непрестанно о вещах,

70. Не древние греки больше –

71.          вещи сами – мир теней

              едва сдвигает непрестанную

                              мысль –

72. Время, время – было б козлом отпущенья,

73. Эй, какое шоу мы будем смотреть вечером, Питер?

74. «Il Duce [39]: я глубоко чувствую Бога».

75.          Черные рубашки – черные рубашки – некая мощь

               столь погребальная.  

76. Львиное сердце [40], frate mio [41], и так далее на двух

                              языках 

77. Вещь сама – теневой мир.

78. Золотарник, цветок

79. Частью коего стал,

80. Промок,

81. Поспешил

82. Под пятой

83. Стопой

84. Чтоб заповедь солнца и неба создать

85. Комок

86. Чтоб стрельнул росток,

87. Чтоб солнца ускорить бег [42],

88. Солнца-и-неба кровь.

89. Любимые мои – тайна его выше,

                              чем ваша любовь.

90. Зловещие звезды,

91. Его хрупкость так неуловима

92. И его неумолимость не ваша,

 

93.  Бредешь ли медленно по залам средь небес,

94.  Иль говоришь, о том, ты с львиным сердцем не наш,

95.  Часы, дни, месяцы, минуя нас, исчез,

96.  Львиное сердце незримо, идешь

                  меж звезд.

97.  Или как старики не признавали

98.  Родства но смерти лишь тиски,

99.  Умирая, чтоб жить лишь с ними,

100. Всецело принадлежишь им,

101. И так состарился быстро, что мы на земле как

                  стебли, вознесшиеся во мрак,

102. Чувствуем лишь подъемы и спуски, фосфорную

                  перемену, смерть, одно

103. Следует за другим, конец?

 

104. Наши свечи погребены под этими

                  водами

105. Их огни для него,

106. Эллинги на воде, возле которых он

      мог бы жить.

107. Ровен красный свет и он бесшумен

                  совершенно.

108. Проклятье! они нажили капитал на его плоти

                  и костях.

109. Что, может ли мертвая плоть и кости в отместку

                  заработать капитал?

110. И его сердце сухо,

111. Как зубы мертвого верблюда,

112. Но его глаза уже не моргают,

113. Даже как у мертвого пса.

 

114. С синими ночными тенями на песке

115. Да вернется его царство к нему,

116. Бедуин скачет опять на своем asilah [43],

117. Простор небес висит над его плечами

118. Полотном расшитой ткани,

119. За ним на седле сидит ночь

120. Напевая ему в ухо:

 

121. Быстрей, чем тигр за добычей,

122. Легче ветра бури, пыли и дождевой тучи,

123. Бедуин несет Пустыню-Ночь,

124. Велико его сердце, жизнью юное,

125. Еще моложе его веселая, ярая жена,

126.                       Пустыня-Ночь.

 

127. Новые ловушки для его скакуна,

128. Все звезды принесла в приданое жена,

129.                                   Пустыня-Ночь.

130. Я передумал, Зукофски,

131. Как насчет другого представления:

132. «Царица Румынии», «Трибьюри» [44],

                             «Закат Европы» [45],

133. «Холл-Миллз» [46], «Счастливый Кетцал-

                                                     коатль» [47],

134. «Возле Ибсена», «Танцуя с Ее королевским высочеством»,

                             «Полли хочет новую шубку» [48],

135. «Почтамт» [49] –

136. Говоря о почтамте, нижеследующее

      воспрепятствует тебе в получении этой работы,

137. мой дорогой питер,

138. Ты весишь меньше ста

      двадцати пяти фунтов [50],

139.           Половина веса ветерана-инвалида, и

                                         возможно

140. Равняется весу неизвестного солдата,

 

141. Это indomitaeque morti [51] для тебя.

 

142. Верно ты говоришь, Зукофски,

143. К сожалению, Мой Питер Отбывший.

144. «Оторви гульфик, музыкальная

                  Комедия»,

145. «Бредящий о брюках»,

146. «Безногая мечта» [52].

 

Третья часть в Кот-миноре

 

147. Тяжек, тяжек мир кошачий.

148. У ручья Превратности прихотливой

149. Молоко наше льется похотливо.

 

150. Мы восплачем, мы восплачем

151. Мы навзрыд возрыдаем

152. И пол увлажняем.

 

153. Мы рыщем, мурлыча

154. Вокруг, вокруг

155. Один лишь звук

 

156. Добыча, добыча

157. Джентльмены коты

158. С лапами как унты

 

159. Кто плачет ночь напролет

160. Пока ночь не пройдет –

161. – И пусть беж-жит – Светило!

 

Четвертая Часть: Больше «Ренессанса» [53]

 

162. Если солнце ищешь над головой,

163. Зайди в Спросиклассика, Инк.

164. Добудь себе отдаленный век,

165. Легкий морозец перед закатом,

166. Разве не знаешь про ход времен,

167. А если ты парень еврей, тогда твой

                  Платона Филон [54]

 

168. Англпроф, мне лекции твои [55]

169.           Как жареный копченый свиной бок, –

170. Так пахли вкусно, словно полн любви,

171. Глядел в окно, где шел дымок,

172. В наш «Подвальчик-погребок».

 

173. Зад отсидев, я был томим,

174. Седеющей главой, сверканьем взгляда,

175. Тяжелой челюстью, всем обликом твоим,

176. Я к Пейтеру приник, что был Эллада [56],

177. Сиеста для меня – как Рим.

 

178. Сквозь настоящее – как зуд, там вдалеке,

179. Как статуя, ты предо мной,

180. Фи-Бета-Ки [57] в твоей руке!

181. Профессор, я следил все за тобой

182. С галерки, что была ничьей землей!

 

183. По не писал,

184. Как вам известно, господа,

185. Эпического никогда.

 

Пятая часть: Автобиография

 

186. Говоря об эпосе, мама,

187. Как давно ты собирала

                  грибы,

188. Грибы собирала, пока могла.

189. Это ли твой супруг, мой отец, в лодке.

190. Плита пылает, как полная луна в пустыне ночью.

191. Ун ин хойз из калт [58].Ты думаешь о новой могиле,

192. В полях – цветы.

193. Ночь на лезвиях травы, росистые штыки.

194. Это ли твой супруг, мой отец, в лодке.

195. Говоря об эпосе, мама, –

196. Здесь среди бензобаков, колей, кладбища –

                  съемное жилье –

197. Это Россия твоя теперь свободна [59].

198. А я здесь, могу я сказать только –

199.          «Итак, эгоист некогда не сможет обнять

                              партию

200.                       Или отдаться партии?

201.                        О да, но только он не может позволить себе

202.                       Быть обнятым или отдаться партии» [60].

203. Это Россия твоя теперь свободна.

204. Скажи мне, мама.

 

205. Крылатые дикие гуси, где лежит путь [61],

206. В далеких странах лежит путь.

207. Крылатые дикие гуси, кто знает путь?

208. Мы скажем, спрашивая ветра:

209. Северный ветер и ветер Юга

210. Куда наше солнце ушло вчера?

211. Голые, кривые, хилые ветви,

212. И темные, серые клочья сквозь ветви,

213. Утки машут распушенными крыльями

214. На ручье цвета кобальта.

215. И медленно колышется увядшая трава.

216. Босоногий пастушонок

217. Шагает по болоту

218. Безразлично хлеща хворостиной

219. Заблудших овец.

220. Старая лошадь, усыпанная желтой листвой,

221. На краю луга

222. С усильем вдыхает сквозь влажные ноздри

223. Туч влагу.

224. Лошади пересекают мелколесье

225. С листьями, запутавшимися в их гривах, туман и осенняя зелень.

226. Господь, почему бы не дать этим светлым животным – твою хорошую землю.

227. Дерн для их копыт навсегда, годы для их стати.

228. Гляди, как каждый вздымает голову, как равный среди равных, другие следом,

229. Самец спарен с самкой, надвигаясь по флангам плотной толпой,

230. Взращенные твоим солнцем Господь, избегая все впадины,

231. Ошарашены жизнью стоим, вознося громко хвалу.

232. Весьма велик Шанс, что создавая нас,

233. Ты мог позабыть о них, Господь, предпочитая то,

234. Что менее привлекательные, мы грустно ропщем?

235. Искоренить этих лошадей, как будто их и не было?

236. Не жили вполне, в звериной нежной дрожи,

237. Поют песню солнцу твоему, наперекор осени, Боже.

 

238. Если бы лошади могли петь Баха, мама, –

239. Помнишь, как я хотел этого однажды–

240. Ныне целую тебя, которая не могла спеть Баха, никогда не читала Шекспира.

241. В Манхэттене здесь китайцы желты лицом, мама,

242. Вверх и вниз, вверх и вниз по нашим улицам ходят, желты лицом,

243. А почему представители твоего и моего народа, мама, всегда

                                         так изнывают по еде?

244. Мы же, напротив, едим очень мало.

245. Ты не думаешь, что Троцкий давольна хaaррош,

246. Спросил я кузена-эмигранта запальчиво [62].

247. Не! Я думаю сено пошти шта как у Чехова.

248. Но у нее больше краски на щеках, чем

                              у англов– ангелов [63]– мама, –

249. У них достаточно тем не менее. Нам нужно

                             больше красок, мама.

250. Если я такой же как они в остальном, я должен походить

                  на них и в этом, мама [64],

251. Ассимиляция не трудна,

252. И когда Вера скособочилась,

253. Я могу быть похож на шагеца [65] не меньше, чем на еврея.

254. Я прочту их Донна как своего,

255. И леопарда с его пятнами [66]

256. Я сделаю то, что говорит их Кольридж,

257. Горячую кочергу согну в дугу [67].

258. Вы нас учите гнусности, – я ее исполню [68].

259. И поражу их жестоко,

260. Ибо я превзойду своих учителей!

261. Научившись, так сказать, в их университетах.

262.                  В глазах впервые возникает

263.                  От взглядов пищу получает

264.                  В своей же люльке умирает

265.                  В своей же люльке умирает [69]

266.                  Я, синьора, сын Уважаемого Рабби,

267.                  Израиля из Сарагосы [70].

268. Не то, чтобы Рабби беспокоились.

269. Keine Kadish wird man sagen [71].

 

Полудюжинная часть: Финал и После

 

270. Под люлькой белая козочка стоит, мама.

271. Чем нагрузим козочку, мама?

272.           Миндалем, изюмом [72]

273. К какому делу устремится мое сердце, мама,

274.                       К мудрости, ученью.

275. Баю-бай, баю-бай, баю-бай, баю-бай.

276. Это слова пророка, мама,

277. Могут спасти меня от Тофета [73] и порока, мама, –

278. Чем будет гореть мое сердце, мама,

279.                       Мудростью, ученьем.

280. Котом и колодцем клянусь, моя

                             Суламифь [74]!

281. В вере своей, надежде и любви [75].

282. Я оседлаю тебя, я буду смотреть за тобой,

283. Сна тебе и сновидений, дорогой мальчик мой!

284.           (Прижимает щеку к ее губам.)

285. Я должен отправиться вдаль отсюда.

286. Я не забуду тебя,

287. Я просто ухожу сегодня ночью.

288. Королевский Олень заграницей,

289. И иду на охоту,

290. Листья озарены луной.

291. Даже в своей грязи, англы, как ангелы, прекрасны,

292. Брукс Нэш, к примеру, faisant un petit bruit,

                             mais très net [76],

293. Говоря, Тому, кто боится это сделать, должно быть

                  отказано в привилегии,

294. И там, где автодороги сияют

                                         бензином,

295. Соответственно, кэтидид [77] –

296. Кэти сделала…..    Кэти не сделала…..

 

297. Язычница Елена,

298. А возжелала ли она меня; нет.

299. Но хотела ли, чтоб взял ее? да.

300. А мог ли я поцеловать ее? нет.

301. То есть обнять сначала, а потом поцеловать

302. И крепко прижав, потом поцеловать? да.

303. Зол на железо вещей, издаю звон,

304. Непокорный толчок и удар.

305. Ох, Бейдекера Шёнберг [78], ты здесь

306. мечтаешь о неустанном движении,

307. Как обычно,

308. Один или двое погибли в процессе, какое это

                  имеет значение?

 

309. Наш Господь бессмертен, такова жизнь, как наш Бог.

310. Bein dein Zauber [79], твоим волшебством я обнимаю тебя,

311. Сезам откройся, Али-Баба, я, твой светлячок, блуждающая

                                         звездочка, взываю здесь [80],

312. Твоим волшебством обнимаю тебя.

 

313. О мой сын Солнце, мой сын Солнце! Дал бы Господь,

314. Я бы умер за тебя, О Солнце, мой сын, мой сын! [81]

315. Я не забыл тебя, мама,

316. Это ложь– Aus meinen grossen leiden mach ich die

                             kleinen lieder [82],

317. Они скорее радость, вопреки ничто радость –

318. У руин мы будем петь нашу Солнце-песнь

319. Под нашими ногами будут ползать

320. Тени мертвых миров,

321. Мы широко раскроем наши объятья,

322. Воззовем к чистой мощи –

323. Солнце, ты великое Солнце, наш Товарищ,

324. От вечности до вечности мы остаемся верны тебе,

325. Мы прожили мириады лет,

326. Пребудут мириады мириад.

 

327. Как широки наши объятья,

328. Как сильны,

329. Мы прожили мириады лет,

330. Пребудут мириады мириад.

[1] Так я решил перевести определенный артикль «The», определяющий название стихотворения, которое, как считают исследователи творчества Луиса Зукофски, является, помимо прочего, ответом на «Бесплодную землю» Элиота; ответом, выступающим, в частности, против пессимистического взгляда на послевоенное состояние Европы и мира, и являющегося одним из основополагающих текстов модернистов второго поколения (здесь и далее прим. переводчика);

[2] Zukofsky Louis. Sincerity and Objectification. // Poetry, February 1931. P. 272–273;

[3] Владимир Фещенко в антологии «Транс-атлантический авангард» перевел эту статью как «В Объективе». См. Фещенко Владимир. В Объективе. / Транс-атлантический авангард. СПб.: Изд-во Европейского университета, 2018. Сс. 245-253;

[4] Фещенко Владимир. В Объективе. / Транс-атлантический авангард. СПб.: Изд-во Европейского университета, 2018. С. 245;

[5] Фещенко Владимир. Там же., с. 246;

[6] Фещенко Владимир. Там же., с. 247;

[7] Фещенко Владимир. Там же., с. 249;

[8] Zukofsky Louis. Introduction. Selected Poems, ed. By Charles Bernstein. American Poets Project. New York: The Library of America, 2006, xiv;

[9] Zukofsky Louis. Introduction. Selected Poems, ed. By Charles Bernstein, p. xvii;

[10] «Я рифмуется со словом "глаза", Я в глазу и глаз в Я (да, либо голос "за" при голосовании, то есть в утверждении». Zukofsky Louis. Introduction. Ibid., p. xviii;

[11] Zukofsky Louis. Prepositions. Цит. по: Complete Short Poetry with a Foreword by Robert Creeley. Baltimore, M.D.: The Johns Hopkins University Press, 1991, p. vii;

[12] Из вступления к поэме Джеффри Чосера «Птичий парламент»: «And out of olde bokes, in good faith». Здесь и далее цит. по комментариям к стихотворениям и поэмам Луиса Зукофски на сайте, посвященном его творчеству;

[13] Смотри (лат.);

[14] Скорее аллюзия на Матф. 12:46-50, хотя исследователи упоминают также Лк. 2:42-49 – эпизод, когда двенадцатилетний Иисус остался в Храме, слушая учителей, а родители ушли без него, а после спохватились и начали его искать. Иисус не выставлял мать из Храма, но сказал родителям: «Зачем было вам искать Меня? Или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему?»;

[15] Аллюзия на роман Олдоса Хаксли «Опавшие листья», действие которого происходит во дворце богатой англичанки, расположенном на побережье Тирренского моря;

[16] Аллюзия на роман 1917 г. «Южный ветер» Нормана Дугласа (1858-1952), действие которого происходит на вымышленном острове Непентес (вероятно, его прообразом стал остров Капри), а также на побережье Тирренского моря;

[17] Аллюзия на I часть поэмы Эзры Паунда «Хью Селвин Моберли» (гл. II «Век требовал»);

[18] Аллюзия на II часть поэмы Эзры Паунда «Хью Селвин Моберли», озаглавленную «Медальон»;

[19] Фрэнсис Челифер – разочаровавшийся в жизни поэт из сатирического романа Олдоса Хаксли «Опавшие листья».

[20] Аллюзия на роман «Кенгуру» Д.Г. Лоуренса, в котором главный герой, политический деятель Ричард Ловат Сомерс, не убивает буквально Кенгуру, но в главе «Кенгуру убит», умирает сам, отказываясь продолжать дело последнего;

[21] Аллюзия на роман Дж. Джойса «Портрет художника в юности»;

[22] Прошлогодний снег (франц.). Цитата из «Баллады о дамах минувших времен» Франсуа Вийона;

[23] Аллюзия на вторую книгу Марианны Мур «Наблюдения» (Observations, 1924);

[24] Аллюзия на 3 Царств 17:3-6. Об этом также повествуется в романе «Ручей Хорив» (The Brook Kerith: A Syrian Story (1916) Джорджа Мура (1852-1933), посвященном видению Христа после Распятия, как о том сказано в комментарии на сайте, посвященном Луису Зукофски;

[25] Аллюзия на «Бесплодную землю» Т.С. Элиота;

[26] Аллюзия одновременно на «Бесплодную землю» и на книгу эссе «Священный лес» Т. С. Элиота;

[27] Цитата из «Гамлета» Шекспира (Hamlet II.ii);

[28] Слишком много женского (франц.);

[29] Аллюзия на роман Джойса «Улисс»;

[30] Книга стихов 1926 г. Э. Э. Каммингса называлась «5»;

[31] Аллюзия на поэму «Конго» Вэйчела Линдзи (1914): «Мумбо-юмбо зачарует, Мумбо-Юмбо заколдует».

[32] 46 & 47 – цитаты из трагедии Кристофера Марло «Эдуард II» (II, iv). (пер. Анны Радловой);

[33] Закуска (франц.);

[34] Аллюзия на роман Вирджинии Вульф «Миссис Дэллоуэй» (1925);

[35] Одна из 10 Заповедей, Исх. 20:4;

[36] Раввины (на марранском диалекте). Барух Спиноза, публиковавшийся под именем Бенедикт Спиноза (родившийся в Амстердаме, при рождении Бенто де Эспиноза), потомок марранов – португальских евреев, вынужденных принять крещение, но тайно исповедовавших иудаизм и бежавших от инквизиции. За свободомыслие был отлучён от еврейской общины (1656); жил уединённо, зарабатывая на жизнь шлифовкой оптических стёкол, что усугубило, вероятно, наследственный туберкулез (мать Спинозы умерла от туберкулеза в 1638 г., когда ему было 6 лет);

[37] Неподалеку находится Колумбийский университет, а в год, когда Зукофски писал «Стихотворение, начинающееся с "Сей"», родители переехали с Лоуэр Ист-Сайд на 57 Ист 111 улицу;

[38] Во-первых, аллюзия на пьесу Франца Верфеля 1921 г. «Козлиная песнь» (Franz Werfel; Bocksgesang); а во-вторых, реакция на растущее влияние национал-социализма в Германии и приход к власти фашистов в Италии (см. ниже);

[39] Дуче (итал.) – имеется в виду Муссолини, который в 1926 г. заявил в интервью, после ряда покушений на его жизнь: «Я глубоко верю в Бога, я убежден, что те, кто покушаются на мою жизнь, не смогут причинить мне ущерба. Пока Бог хранит меня, никакая людская сила не сможет меня остановить»;

[40] Ричард Львиное Сердце, король Англии – аллюзия, связанная с другом Зукофски, Ричардом Уитеккером (см. ниже);

[41] Брат мой (итал.). Этот фрагмент посвящен другу Зукофски, окончившему жизнь самоубийством в 1926 г, Ричарду (Рику), брату Уиттекера Чемберса;

[42] Почти цитата из стихотворения Эндрю Марвелла «Застенчивой возлюбленной»:

 

   Мы наслаждение пронзим

   В его истоке: Солнце сим

   Остановить нам не дано,

   Но пусть побегает оно.

   (Пер. И. Бродского);

 

[43] Сильный (араб.; букв. усиленный, упроченный) – из Йехоаша. Йехоаш –  псевдоним еврейского поэта и переводчика Соломона Блумгардена (1872-1927), писавшего на идише и переводившего с арабского, японского, китайского, английского (прекрасно переведшего «Гайвату» Лонгфелло на идиш) и др. языков. Главной его работой считается перевод Торы на идиш. Соломон Блумгарден эмигрировал в США в 1891 г. и жил в основном в Нью-Йорке. Его стихи перевел на английский и опубликовал шестнадцатилетний Зукофски, будучи студентом-первокурсником Колумбийского университета;

[44] Речь о книге стихов Эдвина Арлингтона Робинсона «Дети ночи» (Edwin Arlington Robinson, Children of the Night, 1897), где можно найти очень мрачные стихи о вымышленном городе Трибьюри в Новой Англии;

[45] Имеется в виду книга Освальда Шпенглера «Закат Европы» (англ. перевод The Decline of the West (1917, 1923; первый том на англ. – vol. 1, 1926);

[46] Дело об убийстве Хо́лла–Миллз – подразумевается следствие и суд по делу об убийстве 14 сентября 1922 года священника епископальной церкви города Нью-Брансуик Эдварда Уилера Холла и его любовницы, церковной хористки Элинор Рейнхардт Миллз. Подозревалась жена Холла, ее братья и кузен; нашлась даже свидетельница обвинения, но подозреваемые всё равно были оправданы, так как принадлежали к обеспеченной и влиятельной семье;

[47] Аллюзия на политический роман Д.Г. Лоуренса «Пернатый змей» (1926 г.);

[48] Названия бродвейских мюзиклов и популярной песенки;

[49] Вероятно, имеется в виду одноименнаz пьеса Рабиндраната Тагора 1912 года. Кроме того, Зукофски в 1924 г. некоторое время работал на почте;

[50] Приблизительно 56 кг, 700 гр. Сам Зукофски в те годы весил даже меньше 120 фунтов;

[51] «Неизбежность смерти» (лат.). – из «Оды» (II, 14, 1-4) Горация:

 

   Ehéu fugáces, Póstume, Póstume,

   Labúntur ánni néc pietás moram

   Rugís et ínstantí senéctae

   Adferet índomitáeque mórti.

 

   О Постум! Постум! Льются, скользят года!

   Какой молитвой мы отдалим приход

   Морщин и старости грядущей

   И неотступной от смертных смерти?

   (пер. Я. Голосовкера)

 

ср. Овидий, «Фасты», VI, 71-72:

 

   Témpora láb untúr, tacitísque senéscimus ánnis,

   Ét fugiúnt frenó nón remoránte diés.

 

   Время уходит и мы молчаливо с годами стареем,

   Дни убегают и нам их невозможно сдержать.

   (пер. Ф. Петровского)

 

[52] Ироническая аллюзия на популярную песенку 1880-х «The Dream That Knows No Waking» (т.е. сон, мечта, не ведающий пробужденья). У Зукофски – «Walking»;

[53] Аллюзия на книгу Уолтера Пэйтера «Ренессанс»;

[54] Имеется в виду философ Филон Александрийский (ок. 25 г. до н.э. – ок. 50. г. н.э), представитель иудейского эллинизма, философ, основатель экзегетического метода, учения о Логосе; связывал Танах и другие догмы иудейской религии с греческой философией (Платоном, стоицизмом, Пифагором);

[55] Ироничная имитация стихотворения Э.А. По «К Елене». См. перевод Дм. Смирнова-Садовского. Профессор Джон Эрскин (John Erskine, 1879-1951) был инициатором программы «Великие книги», хотя античные классики преподавались в переводе (поэтому и название «Спросиклассика, Inc.» (Askforaclassic, Inc.);

[56] Имеется в виду Уолтер Пейтер (Walter Pater, 1839-1894), английский искусствовед и художественный критик;

[57] Имеется в виду студенческое общество Phi Beta Kappa;

[58] А в доме холодно (идиш). Перифраз еврейской песни «Oyfn Pripetshok (or Pripitchek)» («Об очаге») Марка Варшавского (XIX век). В песне поётся о том, как в доме жарко пылает камин, а ребе учит детей алфавиту;

[59] Имеется в виду октябрьская революция и его последствия. Стихотворение написано в 1922 г., а родители Зукофски эмигрировали в конце 1890-х. Он родился в 1904 г. уже в Нью-Йорке. Луис Зукофски придерживался левых убеждений, штудировал Маркса, Энгельса, даже Ленина и Троцкого;

[60] Зукофски указывает, что это цитата из книги «Единственный и его собственность» немецкого философа Макса Штирнера (Max Stirner, 1806-1856). В русском переводе (–//–, СПб, Азбука, 2011): «Значит, эгоист никогда не может быть членом партии или стоять за какую-то партию? Может, но партия остается для него только партией: он из партии, он принимает в ней участие» (пер. с нем. Б.В. Гиммельфарба, М.Л. Гохшиллера, стр. 282. Русский перевод несколько сглажен: во-первых отсутствует слово «сборище», во-вторых, «отдаться партии» (подразумевающее диктат партии). Cf.: The Ego and His Own (1844; English trans. 1907): «So then an egoist could never embrace a party or take up with a party? Oh, yes, only he cannot let himself be embraced and taken up by the party. For him the party remains all the time nothing but a gathering: he is one of the party, he takes part»;

[61] 205-223 – перевод стихотворения Йехоаша (псевдоним еврейского поэта и переводчика Соломона Блумгардена, 1872-1927, см. сноску 43) под названием «Чешван», обозначающем месяц в еврейском календаре и переведенном на английский как «October» («Октябрь»);

[62] Зукофски указывает в качестве источника книгу сатирических рисунков Макса Бирбома «Обзор» (1921), где две молодые курящие дамы из высшего общества, одна из которых держит книгу с названием «Политика», обсуждают Троцкого примерно в тех же выражениях и с такой же интонацией;

[63] Зукофски указывает, что игра слов почерпнута им из «Церковной истории народа англов» (Книга II, гл. 2) Беды Достопочтенного (VIII в);

[64] Почти цитата из «Венецианского купца» Шекспира: «Если нас уколоть – разве у нас не идет кровь? Если нас пощекотать – разве мы не смеемся? Если нас отравить – разве мы не умираем? А если нас оскорбляют – разве мы не должны мстить? Если мы во всем похожи на вас, то мы хотим походить и в этом». (Акт III, сцена I, пер. Т.Л. Щепкиной-Куперник);

[65] Юноша-нееврей (идиш); подразумевается, что он груб и ненадежен;

[66] Цитата из Иеремии 13:25 (в русском синодальном переводе – барс: «Может ли Ефиоплянин переменить кожу свою и барс - пятна свои? так и вы можете ли делать доброе, привыкнув делать злое?»). Ср. англ. (King James: «Can the Ethiopian change his skin, or the leopard his spots? then may ye also do good, that are accustomed to do evil»);

[67] Аллюзия на стихотворение Кольриджа «О поэзии Донна» («On Donne’s Poetry»):

 
   With Donne, whose muse on dromedary trots,

   Wreathe iron pokers into true-love knots;

   Rhyme’s sturdy cripple, fancy’s maze and clue,

   Wit’s forge and fire-blast, meaning’s press and screw. 

 

[68] Еще одна цитата из «Венецианского купца» Шекспира: «Если жид обидит христианина, что тому внушает его смирение? Месть! Если христианин обидит жида, каково должно быть его терпение по христианскому примеру? Тоже месть! Вы нас учите гнусности, – я ее исполню. Уж поверьте, что я превзойду своих учителей» (Акт III, сцена I, пер. Т.Л. Щепкиной-Куперник);

[69] Из песенки Басанио. «Венецианский купец» Акт III, сцена II, пер. Т.Л. Щепкиной-Куперник);

[70] Из баллады Генриха Гейне «Донна Клара»:

 

   Я, синьора, ваш любовник,

   А отец мой – муж учёный,

   Знаменитый мудрый рабби

   Израэль из Сарагосы.

   (пер. В.В. Левика).

 

[71] Никто не прочтет Кадиш (нем.). Из стихотворения Генриха Гейне «Gedächtnisfeier», переведенное на русский как «Поминки»:

 

   Не прочтут унылый кадош,

   Не отслужат мессы чинной,

   Ни читать, ни петь не будут 

   В поминальный день кончины.

   (пер. Н. Зиминой).

 

[72] Колыбельная «Изюм и миндаль» из известной оперетты Абрахама Гольдфаддена «Суламифь» (1880);

[73] Тофет – место в долине сынов Еннома на юге Иерусалима, где впавшие в идолопоклонство жители приносили в жертву детей Молоху и Ваалу, сжигая их на жертвенниках божествам. В иудейской и христианской теологии Тофет стал символом ада (2 Пар. 33; 4 Цар. 23:10; Иер. 7:31-32, 19:6-14);

[74] Из оперетты Абрахама Гольдфаддена «Суламифь» (1880), а также аллюзия на Песнь Песней;

[75] Зукофски пишет, что эти аллюзия на Колыбельную Сольвейг из «Пер Гюнта» Ибсена.

[76] Немного шумен, но очень опрятен (франц.);

[77] Американский кузнечик;

[78] Ироническая аллюзия на знаменитый справочник Бейдекер, от которого образовано женское имя, и на композитора Арнольда Шёнберга (1874-1951), основоположника атональной музыки. Кроме того, Бейдекер упоминается в знаменитом стихотворении Т.С. Элиота «Бёрбанк с Бейдекером, Блайштейн с сигарой» (1920) с явным антисемитским подтекстом, а фамилия «Шёнберг» переводится с немецкого как «прекрасная гора»;

[79] Зукофски дает ссылку на «Оду к радости» Шиллера и на финал девятой симфонии Бетховена. Текст звучит так: «Deine Zauber binden wieder»: «Ты волшебно вновь связуешь / Всё, что делит мир сует» (Перевод В.П. Коломийцова);

[80] Аллюзия на «Сказки тысяча и одной ночи» и на оркестровую сюиту Н.А. Римского-Корсакова «Шехерезада»;

[81] Аллюзия на слова царя Давида, скорбящего об Авессаломе (2 Царств: 18-33);

[82] Из моих больших печалей создам я свои маленькие песенки (нем.) Цитата из стихотворения Генриха Гейне (Цикл «Лирические интермеццо» из сборника «Книга песен»). Ср. перевод К.Д. Бальмонта:

 

   Из моих скорбей великих

   Песни малые сотку я,

   Вот они на звонких крыльях

   В сердце к ней летят, ликуя.

   Полетели, прилетели,

   Возвратились, и скорбят,

   Были в сердце, – что там в сердце,  

   Рассказать мне не хотят.

28.08.2023